Материал Factcheck.kz
Перед выборами в Курултай, заменивший собой обе палаты Парламента, немногочисленные независимые журналисты и критически настроенные блогеры столкнулись с различными неприятностями: от уголовных дел и угроз до блокировок в соцсетях. Казахстанские власти почти не старались сделать видимость, что они ни при чём. Главным для них было, чтобы выборы прошли в максимально «позитивном» ключе.
Между свободой слова и личной свободой
То, что в предвыборном сезоне происходило в медийной и блогосфере, доступно описал журналист Ибраш Нусупбаев:
«Друзья, покидаю фейсбук до окончания выборов в Курултай, так как выбирая между «свободой слова» и «личной свободой» выбираю личную свободу. (…) Практически после каждого поста мой дом посещают полицейские для «профилактической беседы». Причём на «профилактическую беседу» приходит не участковый, что было бы логичным, а целая кодла с мигалками. В отдельные дни количество полицейских достигало 8 человек. Всё делается демонстративно, с бряценьем оружием, чтобы нагнать как можно больше страха, как на моих близких, так и на соседей. В общем, этот полицейский спектакль мне надоел и я решил, что лучше быть на свободе, чем в полицейских застенках «Жана Казахстана»».
Начавшуюся в Казахстане короткую предвыборную кампанию в новый законотворческий орган трудно назвать кампанией как таковой: из семи партий — шесть выглядели необходимым фоном. Даже эксперты, скорее всего, затруднятся припомнить, чем помимо неоднозначных законодательных инициатив со стороны депутатов нескольких партий из этого списка, занимаются остальные. На этом заднем плане с огромным отрывом выделялся созданный под выборы проект «Әділет», поглотивший без боя прежнюю «партию власти» «Amanat».
«Некоторые собеседники отметили, что отсутствие подлинной оппозиции и исключение права баллотироваться на парламентских выборах в качестве независимого кандидата ограничивают политическое участие, плюрализм и электоральную конкурентность», — отмечается в предварительном отчёте от 7 августа наблюдательной миссии Бюро по демократическим институтам ОБСЕ.
Поскольку фаворит был определён заранее, главной задачей, как и ранее, было показать заявленные 70% пришедших на избирательные участки в отсутствие реальных альтернатив.
Государственные и частные СМИ, живущие за счёт госзаказа, помимо рекламы новой партии власти пытались убедить людей хотя бы прийти на избирательные участки. Правда, методы убеждения остались неизменными со времён Советского Союза — «Трудовые коллективы предприятий Алматы призвали участвовать всех в Курылтае», «Молодёжь Восточного Казахстана призвали активно участвовать в выборах в Курултай», «Певец Тимур Пиязов призвал алматинцев прийти на выборы депутатов Курултая» и всё в таком духе.
Однако помимо показателей пришедших на участки требовалось, чтобы избрание новой партии власти было максимально рафинировано от малейшей критики.
По этой причине Генеральная прокуратура выступила с призывом — предупреждением казахстанцам от несогласованной активности в предвыборный период:
«СМИ обязаны объективно освещать выборную кампанию кандидатов, политических партий без искажения целей, задач и результатов предвыборных мероприятий, а также событий и фактов, связанных с ними. Наряду с этим, СМИ и пользователи онлайн-платформ обязаны воздерживаться от публикации агитационных материалов и иной информации, заведомо порочащих честь, достоинство и деловую репутацию кандидата или политической партии».
За месяц до того вышло ещё одно предупреждение Генпрокуратуры, без уточнения с чем это связано, о недопущении распространения провокационных материалов в социальных сетях.
Без критики и критиков
С момента, когда 11 февраля этого года президент Токаев озвучил идею о проведении референдума по новой Конституции, перешедшей, как было видимо запланировано изначально, в досрочные парламентские выборы прошло почти полгода, и за это время преследование гражданских активистов, журналистов и блогеров приобрело лавинообразный характер.
На сегодняшний день незавершённым остался единственный судебный процесс в отношении автора YouTube-канала «Гиперборей» Вадима Борейко. Другие основные «независимые» или осуждены, или согласились принять правила навязанной им игры.
Уголовные дела, аресты и суды проходят по разным обвинениям, так чтобы сценарий не проглядывался слишком отчётливо, однако общим знаменателем стал временной отрезок.
В июле: осужден блогер Адилетхан Молдахан (распространение заведомо ложной информации), осужден блогер Элмар Уахит (распространение заведомо ложной информации), осуждена за размещение постов общественная деятельница Айжан Мамешова (распространение заведомо ложной информации), арестован автор сатирического YouTube-канала «Ахуал сегодня» Азамат Омаров (разжигание социальной розни), осуждены директор информационного агентства КазТАГ Асет Матаев (недобросовестное отношение к служебным обязанностям и хулиганство) и его главный редактор Амир Касенов (распространение заведомо ложной информации).
В августе: осуждена журналистка Александра Алехова (распространение персональных данных, повлекшее существенный вред правам и законным интересам лица), осужден оппозиционный активист Ермек Нарымбай (неисполнение судебного акта за размещение постов, касающихся референдума по принятой новой Конституции РК), объявлен в розыск журналист Валерий Сурганов (распространение заведомо ложной информации), осуждена бывший главный редактор интернет-издания Orda.kz Гульнар Бажкенова (распространение заведомо ложной информации; незаконное предпринимательство; присвоение или растрата вверенного имущества).
Перед летними месяцами после покаянного поста прекратили уголовное дело и освободили из-под домашнего ареста журналистку Ботагоз Омарову (распространение заведомо ложной информации) и осудили за критические посты общественного деятеля Оразалы Ержанова (воспрепятствование осуществлению избирательных прав).
Сейчас с тревогой наблюдается сгущение туч над головами журналистов Динары Егеубаевой и Лукпана Ахмедьярова. Оба известны своей принципиальностью и критическим отношением к существующей политической системе, поэтому подозрительное ДТП, где в автомобиль Егеубаевой въехал велосипедист, и запрет на выезд из Казахстана вследствие возбужденного дела по 274-ой статье (распространение заведомо ложной информации) в отношении Ахмедьярова могут восприниматься как предвестие чего-то худшего.
Тем более сатирик Азамат Омаров за месяц до своего ареста описывал странный инцидент и тоже с участием велосипедиста, пророчески заметив: «Какие ещё постановки готовит мне театральная труппа силовых органов, теряюсь в догадках. Но подозреваю, репертуар у них широкий».
«За 46 лет журналистской практики в Казахстане такой густоты судебных процессов над журналистами в короткий промежуток времени я не припомню», — признаёт Вадим Борейко. Пока что суд по иску стройкомпании к автору «Гиперборея» взял паузу на неопределённое время, тогда как личные банковские счета Борейко после поданного иска остаются заблокированы с апреля этого года.
Приговоры в отношении журналистов и блогеров сопровождаются дополнительным наказанием — запретом на профессиональную деятельность и на публикации в социальных сетях. Если отбросить в некоторых возбужденных делах личные мотивы «пострадавших», то дополнительное наказание выглядит как основное — заставить человека замолчать — к чему приложением идёт лишение или ограничение свободы.
В связи с волной арестов и судов прессозащитная организация «Правовой медиа центр» в своём заявлении от 11 августа обратила внимание на эту относительно недавнюю практику, назвав её «новым этапом давления на свободу слова в Казахстане».
Прогресс на службе регресса
Технический прогресс в деле борьбы со свободой слова тоже не стоит на месте. Помимо традиционных уголовных наказаний, угроз и уже зарекомендовавших себя блокировок на территории страны критических интернет-ресурсов (из самых известных сейчас недоступны оппозиционное издание «Республика» и сайты центрально-азиатской службы «Радио Свобода») на поток поставлено использование технологий по удалению материалов и аккаунтов/страниц из социальных сетей. Причём это характерно не только для Казахстана, но и для некоторых других проблемных с точки зрения демократии стран.
После обкатки на отдельных критично настроенных инфлюенсерах пакетные удаления публикаций и аккаунтов в социальных сетях наблюдались перед референдумом по новой Конституции РК — около трёх десятков медиа, организаций и блогеров столкнулись с ликвидацией своих материалов и страниц. Всё происходит почти по одному шаблону: лица, выдающие себя за обладателей авторских прав, направляют жалобы в социальные сети, после чего или материал удаляется, или аккаунт блокируется на длительный период выяснения обоснованности поданной претензии. Большего и не требуется.
Список таких удалённых страниц из социальных сетей накануне выборов в Курултай начал составлять фонд «Правовой медиа-центр», у которого тоже заблокировали страницу в Facebook. По состоянию на 10 августа набралось свыше дюжины удалённых страниц СМИ и блогеров, пока по аналогичной схеме не заблокировали аккаунты руководителей самого фонда по жалобам, поданным якобы от самого фонда.
«Министерство культуры и информации не осуществляет блокировку аккаунтов пользователей социальных сетей, в том числе СМИ и журналистов. Более того, государство не заинтересовано в подобных действиях и ограничении свободы слова и мнений» — опровергла на своей странице Facebook министр культуры и информации Аида Балаева причастность государства к «якобы массовой блокировке ряда аккаунтов СМИ, активистов и блогеров», поскольку «такие действия являются явным инструментом дискредитации государства и его институтов».
«Какие же обращения для расследования и предотвращения подобных действий министерство направило владельцам онлайн-платформ? Инициировало ли министерство в МВД возбуждение уголовных дел по ч.2 ст.158 УК РК в связи с воспрепятствованием законной профессиональной деятельности журналистов с повреждением или уничтожением их имущества?» — напомнил юрист Международного фонда защиты свободы слова «Әділ сөз» Сергей Уткин Министерству культуры и информации и полиции об их прямых обязанностях.
Дополнительным сопровождением к блокировкам идут клеветнические публикации и спам против тех, чьи аккаунты подвергались блокировке.
Еще раньше полупарализовали неподконтрольную Астане службу «Радио свободная Европа/Радио Свобода» в Центральной Азии, продлив аккредитацию только пяти журналистам из почти двух десятков, и каким-то образом привели к мысли о самоустранении популярный YouTube-канал «Airan».
Это ещё не конец?
14 августа семь зарубежных правозащитных организаций и две казахстанских в своём заявлении в связи с давлением на медиа накануне выборов в Курултай призвали международных партнёров Казахстана «использовать все доступные дипломатические и иные средства для содействия прекращению нынешней эскалации».
«Апатия журналистов — следствие как давления сверху, так и усталости от безнаказанности нарушений, от того, что профессиональные стандарты и этика всё чаще оказываются слабее административного и уголовного ресурса. Законодательство по-прежнему формально запрещает цензуру. Конституционные гарантии существуют. Но практика правоприменения часто идёт вразрез с этими нормами. Именно разрыв между написанным в законе и тем, что происходит в судах, на допросах и в редакциях, порождает ощущение тупика», — объясняет Factcheck.kz один из подписантов заявления — руководитель фонда «Әділ сөз» Назира Даримбет нынешние настроения в казахстанской журналистике. — «И события последнего времени показывают не разовые сбои, а устойчивую тенденцию: уголовные дела, обыски в редакциях, допросы, запреты на выезд и профессиональную деятельность, давление через экономические и административные рычаги. И уже даже нейтральные или провластные коллеги начинают говорить шёпотом, что это сигнал, что зона риска расширилась».
Позже она добавляет в беседе, что не разделяет позицию «всё кончено». «Но и успокаивать себя фразами о том, что «у нас ещё не как у соседей», больше нельзя. Ситуация требует честной диагностики и последовательной защиты того пространства, которое ещё осталось. Именно этим «Әділ сөз» и продолжит заниматься», — говорит она.
В упомянутом предварительном отчёте ОБСЕ наблюдатели в контексте медийного сопровождения выборов указывают: «Медиарынок находится под доминирующим влиянием государства через прямую собственность и непрозрачные бюджетные субсидии, что ограничивает плюрализм СМИ, несмотря на большое количество зарегистрированных средств массовой информации». И затем со ссылкой на собеседников говорят о давлении, административных препятствиях и стигматизации независимых организаций гражданского общества, а также арестах, кибератаках и ограничениях в отношении журналистов, блогеров и YouTube-блогеров, как о факторах, способствующих самоцензуре.
«По моему мнению, политические репрессии в Казахстане были в «старом» Казахстане и без особых изменений перекочевали в «новый». Сейчас они сосредоточились на отдельных журналистах и блогерах только потому, что всё остальное закатано под асфальт. У нас не осталось оппозиционных партий и движений, у нас практически уничтожены все неподконтрольные правительству НКО. Не думаю, что после выборов в Курултай что-то поменяется принципиально», — размышляет политолог Виктор Ковтуновский, не видя в сегодняшних репрессиях каких-то рациональных мотивов. — «Казалось бы, нынешнему режиму ничего не угрожает и подавление всех несогласных происходит в силу того, что существует репрессивный аппарат и он должен отрабатывать бюджет, тем самым подтверждая свою нужность. Но, возможно, есть обстоятельства, о которых мы, в отличии от обитателей Акорды, просто не знаем. Возможно, закрытые социологические исследования показывают на «бурю», рейтинги президента падают на фоне нарастания кризисных явлений в экономике. Наше общество напоминает бурлящий котел, готовый взорваться от любой случайности. Именно страх движет теми, кто организует преследование журналистов».
